ОЛЕГ КОПАЧ, он же ОЛИ ГЕРД

ОДА
                             


             Эпиграф:
               "Не спи мужик, замерзнешь"


             1.


Сидел я как-то за столом,
Пил кофе из железной кружки,
А Шурик спал как сосунок,
Видать приснились ему пушки.

Шурик, он мужик вааще хороший,
Жаль, конечно, что чуть-чуть тупой,
Ведь если вмажешь по его сонливой роже,
Он, скотина, сразу станет злой.

А если ему еще туда и плюнуть,
Обидится совсем, как малое дитя,
И будет все пытаться мне засунуть
Кулак под нос, не глядя и сопя.

Сижу и не могу сдержаться,
А может вмазать ему в глаз?
Тогда, наверное, полезет сразу драться,
Да закричит: "Ты, пидарас!!!".

Ну да ладно, бить сейчас не стану,
Пускай, скотина, мирно спит,
Поставлю лучше я "Нирвану",
Послушать "хэви" мне не повредит.

Ведь если все-таки ему я вдарю,
Он может сдуру сдачи дать,
И изрисует синим так мне харю,
Что не удастся мне потом поспать.

Ну,ничего, пускай храпит, заноза,
Расставил ноги, - думает, - орел!
Приснится вот тебе Спиноза,
И забодает он тебя, козел.

Скоро будешь ты дежурить
И охранять так нужный мне покой,
От бандюг меня ты будешь караулить,
Мужик-то ты совсем не злой.

            2.

Сижу опять я за столом,
Пью кофе из железной кружки,
А дождь шурует за окном,
А Шурик дрыхнет без подушки.

Ведь на хрена ему подушка,
По роже видно, что хитрит,
Небось, приснилась классная подружка,
Вот он от кайфа и сопит.

И ноги он не расставляет,
Губами шевелит во сне,
Видать уж классно отдыхает,
Да хоть не пристает ко мне.

А то бывало как пристанет,
Что аж потом не оттащить,
То улыбнется, то кивает,
Наверно, хочет соблазнить.

Писать про Шуру надоело,
Да про него чего писать?
Потом ведь скажет:"Вот заело!
Не даст спокойно мне поспать."

Ладно, Шура, спи спокойно,
Не буду трогать я тебя,
Даю тебе команду : "Вольно",
Не писай только под себя.

Писать я буду про Наташу,
Сейчас она еще не спит,
Иль варит Диме манну кашу,
А может перед теликом сидит.

Наташа телевизор очень любит,
И от него ее не оттащить,
Усядется, локаторы как врубит,
Фигня, что в сеть забыла-то включить.

Бывает там такая заваруха,
Что люди гибнут просто так,
А по ночам идет порнуха,
Где объясняют, что и как.

Но Наташе объяснять не надо,
Что мужик там женщине дает,
Там - ля-ля, - она и рада,
В школу завтра не пойдет.

В школе ведь такой бардак,
Ее не слушает никто,
Бежит Наташа на чердак,
От страха прячется в пальто.

А дома ужас страшный холод,
Сосульки виснут на носу,
Еще там дикий зверский голод,
И не едят здесь колбасу.

Море очень сильно там воняет,
Воду теплую никак не подключить,
Бывает, айзсарги стреляют,
И ноги не дают помыть.

Бывает правда, что подключат,
И праздник сразу в Каугурях,
Все ноги моют, не канючат,
Что чешется у них в ноздрях.

Наташа только не канючит,
Ей ноги неохота мыть,
Она получку как получит,
Торопится быстрей ее пропить.

Вообще-то пить она не любит,
Ну разве, что из стаканов,
Возьмет, на полную "Машину" врубит,
И разгоняет всяких там орлов.

Покажет разным там Андреям
Играть в бутулку надо как,
Не будут слушаться, она по шее,
И скажет громко: "Сам дурак".

Вообще Наташа-то не злая,
Ну если честно, не совсем,
Не скажешь также,что тупая,
Бывает, правда, спросит: "А зачем?".

Устал писать, уж очень поздно,
И мысли перестали лезть,
Творить я не могу, серьезно,
Желаю всем вам не болеть.


           3.



Итак,опять я продолжаю
Писать, творить и сочинять,
Я в муках творчества рожаю,
Такого Шуре не понять.

Эх выпить и поднять бы дух,
От холода ведь можно и загнуться,
А Шура спит как Винни-Пух,
Как спит, писать не буду, будет дуться.

Скажу уж лучше сразу прямо,
Серьезен я сегодня просто жуть,
И не могу шутить уж слишком рьяно,
От шуток тоже надо отдохнуть.

Поэтому не надо обижаться,
Пишу я все же без ля-ля,
Советую уж лучше всем держаться,
Стоять покрепче у руля.

На работе скука, просто мраки,
Сижу, не знаю, что сказать,
Что веселимся здесь, так это враки,
Сижу и думаю, кого бы мне достать.

Вот не писал совсем про Саню,
Который часто нам звонит,
И мы не посылаем Саню в баню,
Пусть Саня все, что хочет, говорит.

Его боятся все бандиты,
От страха прячутся в кусты,
Трясутся перед ним ворюги,
При виде Сани мочатся в трусы.

Бандюгу Питер как поймает,
Так сразу в каталажку шлет,
И тот, бедняжка, на параше там рыдает,
А Саня в ресторане водку пьет.

Напьется и в охрану сразу звонит,
Мол, строиться, второй там батальон.
Такую речь по телефону гонит,
Что не сварить из слов его бульон.

"Эй, вы,-кричит. - Козлы, бараны,
Вам покажу как Родину любить!
Не смейте ставить мне капканы,
И не мешайте, суки, мне творить.

А то устрою я вам праздник,
Что писать станете в постель,
И будет вечно сниться безголовый всадник,
И кушать не захочете форель."

Ну, ладно, буду закругляться,
Хорош бумагу мне марать.
А то с утра все буду удивляться,
Ну почему не лег я сразу спать.

И в горло лезет мне сладостный комок,
Стихов, священных как Коран,
Сравнить со мной, ведь Лермонтов - сынок,
А Пушкин, тот ваабще пацан.

[ Турдом ]     [ Предыдущая ]     [ Следующая ]     [ Графомания ]