Сотни и сотни людей непрерывным темным потоком шли мимо, в
траурном молчании, иные не скрывая слез, которые можно было и не
скрывать под проливным и противным дождем, что, казалось, заполнил все
вокруг. Олег провожал их задумчивым взглядом через окно. Процесс
прервал плохо воспитанный водитель троллейбуса, который высунулся из
своей кабины, послал в конец вагона Копачу многообещающий взгляд,
которой сопровождался тирадой, и смысл ее был приблизительно
следующий:"А для тебя, ля-ля, дважды повторять?! Троллейбус дальше не
пойдет!... Ля-ля!". Копач медленно удивился и подумал: "А зачем мне
дважды повторять? Я же не тормоз, - и так понял...". Вслух же Олег
почему-то, даже неожиданно для Копача, сказал, обращаясь, видимо, к
водителю: "Павлина-мавлина хочу!". Тот долго, минуту, наверное,
размышлял, куда же все-таки послал его Олег, потом устал напрягать
мозги и попросту вышел на середину вагона, засунув в левую руку
гаечный ключ 32 на 36. Олег слегка выпрямился и отчетливо произнес:
"Бля-буда". Водила сосредоточенно утер гаечным ключом свой нос,
кашлянул, и, пробурчав: "Так бы сразу и сказал...", пошел обратно к
своему месту. Протрезвонил звонок, двери закрылись, и унылый, скучный
пейзаж начал уноситься куда-то назад. Мысли Олега же разбежались по
углам, оставив место лишь спокойному созерцанию. Вот проплыл за окном
кафедральный собор, и Олег спокойно отметил про себя, что с каждым
днем нищие на ступеньках забираются все выше и выше, к входу в собор,
как бы окружая плотным кольцом. Тучные тучи бежали низко, разрезаемые
золоченым крестом, затем смыкаясь вновь.
Троллейбус резко затормозил у "Сигулды", передние дверцы
открылись, и в вагон впорхнул разрумянившийся Шура: "Ну и погодка.
Слышь, Копач, а шеф наш в пираты подался, так что экзамен
по-латышскому переносится на после дождичка в четверг! Гуляем!". Олег
усмехнулся: "Ну и дурак шеф. Не видать ему испанского золота как своих
ноздрей". Троллейбус тем временем начал круто забирать куда-то влево.
Шурка, разложившись на задних сидениях, с калькулятором в руках
пытался высчитать свои лабы и заодно зарплату за прошлый месяц. Водила
время от времени довольно подмигивал, косясь в зеркало обзора салона.
Показалось здание Следственного Управления. Олег слегка напрягся, и не
напрасно. Вагон дернулся намного резче, чем в первый раз, и застыл.
Створки дверей медленно распахнулись и ввалились озабоченные Питер и
Эндрю, на ходу продолжая спор о вреде курения. Они плюхнулись чуть
впереди Олега, и заслонили перспективу, поэтому он, приткнувшись щекой
к стеклу, начал читать вывески коммерческих магазинов, ларьков и
государственных учреждений: "Ария", "Пластинки", "Радиотехника", "ПТУ
No 40", "Ригас Модес", "Предлагаем...", "Снимаем...", "Приобретем...",
"Центр таэквондо".... . У последней надписи троллейбус интуитивно
притормозил, чуть скинув скорость, не останавливаясь, открыл двери, и
на ходу с восторженными криками влетели Инга и Марика. Пробежав через
весь вагон, они налетели на Шурика, в мгновение ока его скрутили,
засунули под сидение и туда же запихали все его тетрадки и учебные
пособия. Олег молча посочувствовал Шуре, но вот троллейбус вновь
двинулся, и опять побежели дома, дома.... В Смарде притормозили у
светофора. "Красный", - догадался Олег и повернул голову направо.
Метрах в пятнадцати от троллейбуса он увидел саймниекса, который
помахал ему рукой. В зубах у саймниекса торчала хорошо размятая
"Мальборина" без фильтра, у ног сидел здоровенный кабан-секач на
поводке. Олег на всякий случай подумал: "А вот и не догонишь!...". Вот
проезжали мимо родных химических предприятий Олайне. Клубы сизого дыма
напоминали костры, походы. У Олега в правой стороне груди что-то
защемило от воспоминаний, и еще зачесалось ухо. "Ну это ты зря",-
вслух подумал Олег. На следующей остановке троллейбуса вошла Наташа.
Двери за ней закрылась, но троллейбус не мог двинуться дальше.
Водитель с упреком посмотрел на нее. Шура наконец не вытерпел, вылез
из-под сидения, открыл поворотом хитрой ручки задние двери и отчаянно
замахал водителю - мол: "Поехали!". Водитель в ответ радостно закивал
головой, а Шура закивал ему в ответ, в итоге через минуту Шура уже
лежал, блаженно улыбаясь, на коленях Инги и Марики, которые заботливо
перевязывали ему палец, пострадавший в результате производственной
травмы. Вновь заминка, и в салоне возник Дима со шнуром от компьютера.
Он сразу же завел Андрея в какой-то закуток троллейбуса, откуда вскоре
посыпались названия всяких клевых музыкальных групп. Олег снова
уткнулся в окно. Проезжая мимо переезда, троллейбус несколько раз
издал сочный гудок. Из будки выскочила Юлька и, весело смеясь,
замахала вслед уходящему по шпалам троллейбусу чем-то похожим на
поварешку.
Несколько теней промелькнуло туда и обратно, и снова туда, чуть
левее Олега, он расслышал мотивы "Магнолии", и ему стало немного
бодрее. Недалеко от дороги показалась группа воинственно настроенных
детей, явно дилетантски изображавших коней-наездников. Олега приятно
удивило, что в основном парни катались на девчонках. Показались огни
публичной библиотеки. Вскоре население троллейбуса увеличилось на
Оксану и почему-то Юльку из Олайне, у которой из-за пазухи выглядывала
смышленая мордочка Барсика. Шура немедленно вскочил с пригретого места
и помчался навстречу Оксане. У Олега почему-то зачесался язык, но он
не успел еще ничего издать, как вдруг водитель более чем наполовину
высунувшись из кабины, громко вопросил: "Ну что, на юга подаемся?". -
На юга! На юга! - дружно подтвердили все хором. "Оригинальное
решение", - хмыкнул водила и засунул себя обратно. Троллейбус набирал
скорость. Неизвестно откуда возникла в воздухе стюардесса с подносом в
руках. На подносе лежали три окурка - "Беломорины", "Балтии" и
"Кэмэла". Олег почесал под мышкой, хитро взглянул на ничего не
подозревающего Шуру, быстро схватил обоими руками "Беломорину" и
"Кэмэл", занюхал импортный бычок, и положив его обратно на поднос,
зажал "Беломорину". "Обратите внимание, пожалуйста, налево", -
раздалось из динамика в вагоне. Слева троллейбус обгоняла белоснежная
яхта, на ее палубе молодой мужчина в возрасте и в военной форме
исполнял салют нашему троллейбусу, неловко подкидывая вверх сразу по
нескольку зажженных бенгальских огней. Наташка пробормотала как бы про
себя, но так, что услышали все и даже мужчина на яхте: "Пьяный он
какой-то весь...". После этого мужчина скрылся с палубы, и через
несколько секунд яхта куда-то срочно зарулила так, что скоро скрылась
из виду. У Олега зачесалась пятка. Стало холодать. Троллейбус вдруг
остановился, замер. Водитель молча вышел из кабины и сказал: "Все,
троллейбус идет в парк...". Олег вышел последним. Перед троллейбусом
застыл шлагбаум, мимо него неслись поезда по двум колеям, почти без
перерыва. Казалось, шлагбаум здесь остановился в нижнем положении с
прошлого века. Двери закрылись. Олег посмотрел в окно и увидел за
окном Копача.
Еще там были Фан Даймон, Джулия Драг и Джулия Джавел, Питер и
Эндрю, Нэтели и Акирам, Агни, Ду Оукшен и Сэм Дабль Ша. Олег вздрогнул
и оглянулся. Вокруг него стояли, молча, Наташа, две Юльки, оба Саши,
Андрей, Оксана, Дима, Марика, Инга. Земля вокруг была припорошена
снежком с грязью напополам. Троллейбус издал короткий прощальный
гудок, вдруг резко рванул и, сбив на ходу шлагбаум, точно уложился в
свободный промежуток между поездами... . В последний момент в просвете
между поездами Олег увидел зеленые луга, и среди них - песчаная
дорога, по которой летел настречу солнцу троллейбус...
* * * * *
Олег проснулся....... .
|